Экспертное заключение подготовлено по итогам ПМЭФ-2022«Пространственный каркас: возможно ли создать мегаагломерации в России?».

Автор: Свириденко Марина Владимировна, кандидат экономических наук, доцент, ведущий научный сотрудник Института проблем региональной экономики Российской академии наук

Агломерационный путь развития — это естественный этап урбанизации и общая мировая тенденция последних десятилетий развития современного расселения.

По оценкам международных экспертов McKinsey, агломерационные процессы станут одной из крупнейших движущих сил глобального экономического роста в этом столетии.

К 2030 г. в мире будет 41 мегаполис, в которых будет жить 720 млн человек. А уже к 2025 г. 600 городов будут обеспечивать более 60 % роста мирового ВВП. По данным ООН, можно констатировать, что переломный момент в урбанизации произошёл в 2007 г., когда городских жителей в мире стало больше, чем сельских. По различным оценкам, к 2050 г. в городских агломерациях будет проживать уже 66 % всех людей планеты (за 100 лет до этого 70 % населения жили вне городов) [1].

Согласно методологии Организации экономического сотрудничества и развития, агломерация включает в себя город и прилегающие к нему территории, жители которых регулярно приезжают в городской центр по делам, для развлечений и иных целей. Зона маятниковой миграции, прилегающая к городу, учитывается в городской агломерации, если не менее 15 % трудоустроенного населения приезжает на работу в город.

В России также активно происходит нарастание агломерационных процессов и формирование мегаагломераций. По данным исследовательской компании Euromonitor [2], Московская агломерация, включающая Москву и Московскую область, вошла в ТОП‑5 крупнейших мегаполисов мира по объёму произведённого ВВП по паритету покупательной способности, уступая лишь Нью‑Йорку (объём ВВП превышает 1,8 трлн долларов), Токио (1,79 трлн долларов), Сеулу (1,14 трлн долларов) и Лос‑Анджелесу (1,13 трлн долларов) и превосходя такие города, как Лондон, Пекин, Париж и Шанхай.

На Московскую агломерацию приходится более 25 % валового внутреннего продукта страны, а Санкт‑Петербургская агломерация, включающая Санкт‑Петербург и часть Ленинградской области, производит более 6 % ВВП страны. Таким образом, на две мегаагломерации страны приходится более трети всего валового внутреннего продукта России.

Для усиления синергетического эффекта целесообразно создание новых мегаагломераций путём соединения скоростными дорогами крупных городских центров субъектов РФ. В качестве таких мегаагломераций могут выступить:
— Уральская (Екатеринбург — Челябинск и в перспективе — Пермь и Тюмень);
— Поволжская (Казань — Самара — Ульяновск);
— Сибирская (Новосибирск — Томск — Барнаул — Кемерово);
— Южная (Краснодар — Ростов‑на‑Дону).

Создание подобных мегаагломераций, по мнению Председателя Счётной палаты Российской Федерации А. Кудрина, в настоящий момент чрезвычайно актуально в связи с перестройкой российской экономики на восточное направление. В перспективе возникнет новая мобильность капитала, товаров, научно‑технологических разработок, населения и мест приложения труда, что создаст необходимые условия для активизации внешнеэкономических связей и развития внешнеэкономической деятельности.

Стратегической задачей представляется создание подобных агломераций на востоке страны, дальше Новосибирска, что позволит сдержать убыль населения и остановить миграционный поток в Московскую и Санкт‑Петербургскую агломерации, а в будущем вполне способно создать впервые переток человеческого капитала с западной части страны в восточную. Нельзя не отметить амбициозность и труднореализуемость данной задачи, однако в случае создания государством условий для формирования подобных восточных мегаагломераций эффект от них во всех отраслях и сферах социально‑экономической деятельности будет, безусловно, значителен.

Уникальный опыт развития мегаагломераций имеется у Пекина, являющегося лидером роста ВВП по паритету покупательной способности и продемонстрировавшего за десятилетие более чем двукратный прирост.

Секретом такого успеха является эффективная реализация стратегического подхода к развитию крупнейшей китайской мегаагломерации Пекин — Тяньцзинь — Хэбэй, заключавшегося в разработке в 2014 году Стратегии скоординированного развития региона Пекин — Тяньцзинь — Хэбэй. Она была нацелена на снятие с Пекина нестоличных функций, что позволило оптимизировать ресурсы и вывести развитие мегаагломерации на качественно новый уровень.

Данный опыт по управлению развитием мегаагломераций и реализации полицентрической политики пространственного развития ценен для нашей страны, поскольку пока Россия не имеет принятых стратегических документов развития агломераций и мегаагломераций, что существенно затрудняет процессы управления сложившимися и формирования перспективных мегаагломераций.

Поэтому можно сформулировать следующие рекомендации для органов государственной и муниципальной власти:

1. Ликвидация неурегулированности правовых и организационных условий формирования и функционирования агломераций. Необходимо принятие федерального закона об агломерациях, который бы чётко закрепил само понятие агломерации и мегаагломерации, состав, перечень, критерии их определения и возможности формирования.

Кроме того, представляется обязательным определение полномочий органов власти в сфере управления и развития агломерациями, а также формирование институтов управления их развитием.

Известно, что в настоящее время возможности взаимного финансирования совместных проектов разными субъектами управления (регионами, муниципальными образованиями), входящими в агломерации, чрезвычайно сложны и неурегулированы, а опасность формального нецелевого использования бюджетных средств высока. В связи с этим важно сформировать модель управления агломерациями и мегаагломерациями на основе механизмов взаимодействия межрегионального и межмуниципального сотрудничества с фиксированием координирующей роли федерального центра. Этот правовой механизм позволит придать импульс совместным инфраструктурным проектам и инвестициям в развитие городских и сельских территорий агломераций.

2. Придание Стратегии пространственного развития Российской Федерации действительно долгосрочного характера, т.к. период, на который она была разработана (до 2025 года), не позволяет стратегически планировать и реализовывать масштабные инфраструктурные проекты формирования и укрепления агломераций и мегаагломераций как драйверов развития территорий. В связи с этим целесообразность обновления действующей Стратегии пространственного развития РФ очевидна. Важно закрепить в рамках обновлённой стратегии ключевые стратегические проекты для формирования и развития ключевых мегаагломераций, необходимость целенаправленно сопровождать агломерационные проекты развития четырёх формирующихся мегаагломераций и включить приоритетность их развития в контекст пространственного развития страны.

3. Нельзя забывать о развитии средних и малых городов России, что красной линией звучало в дискуссии экспертов данного круглого стола. Это предполагает формирование взаимосвязанных подцентров территориального развития, что должно способствовать снижению неравномерности развития страны и выравниванию уровней социально‑экономического развития малых и средних городов, созданию новой синергии. Здесь важно применять различные имеющиеся инструменты развития, в том числе ТОР, технопарки и другие формы поддержки малых и средних городов.

Список источников
1. Доклад ООН о народонаселении мира 2007 года. // https://www.un.org/ru/development/surveys/docs/population2007.pdf
2. Экономика Московской агломерации входит в пятёрку крупнейших в мире // https://www.mos.ru/news/item/90091073/?ysclid=l4r7hqfozy299354382, 28.04.2021.

Экспертные аналитические заключения по итогам сессий деловой программы Форума и любые рекомендации, предоставленные экспертами и опубликованные на сайте Фонда Росконгресс, являются выражением мнения данных специалистов, основанном, среди прочего, на толковании ими действующего законодательства, по поводу которого даётся заключение. Указанная точка зрения может не совпадать с точкой зрения руководства и/или специалистов Фонда Росконгресс, представителей налоговых, судебных, иных контролирующих органов, а равно и с мнением третьих лиц, включая иных специалистов. Фонд Росконгресс не несёт ответственности за недостоверность публикуемых данных и любые возможные убытки, понесённые лицами в результате применения публикуемых заключений и следования таким рекомендациям.